На Гагамелии настал четверг. День, когда придворные мудрецы возвращались из разнообразных поездок с добытыми трофеями. Солнце вставало над горизонтом, освещая синие пески и пустынную площадь. На космодроме царила суета. Бесчисленные ящики выгружались из кораблей, а слуги, пытаясь не задеть друг друга, сновали с космодрома на погрузочную площадку, и обратно.

 

Император Кагула Джафалма I, проснувшийся сегодня рано, накинул халат и вышел на балкон.

 

– А-а-а, – с удовольствием потянулся он и оглянулся по сторонам: не видит ли кто его. Кагула подставил голову солнечным лучам и сладко потянулся. – Ни одна душа не заметила: как я проснулся! Какая благодать! – мурашки пробежали по его коже головы до ушей и дальше, спускаясь по его телу, даря странное и одновременно приятное состояние.

 

Умоляющий крик совы

Разбудил меня по утру

Это были, были не вы

На залитом солнцем лугу.

У-у-ууу о-о-оо

 

 

Пропел он популярную в этих краях песенку.

 

Затем осмотрел площадь - никого. Даже Капюшоны – придворные гвардейцы - не бродили вдоль забора и мощных ворот туда-сюда. Перевёл взгляд дальше. Тоже никого. Синий песок наслаждался под лучами солнца и только две чёрные вороны с белыми хохолками на макушках прыгали по нему в поисках пластиковых стаканов или других шуршащих-сверкающих артефактов.

 

Император потянулся и перевёл взгляд ещё дальше.

 

– А это ещё что такое?

 

Вдали - там, где стояли королевские космолёты - чёрные точки перемещались в неком тайном танце, неведомом императору. Затем они построились по двое и медленно направились по широкой хорошо утрамбованной дороге.

 

– Что это? – правитель почесал нос. – Муравьи за работой? Но они совсем не похожи на муравьёв! Ах. Бесит! Это же мои рабочие! Что они там делают, на космодроме? Неужели… – Император задумался, вспоминая: какой сегодня день. – Кажется, четверг сегодня… А это обозначает… Да, ничего это не обозначает! – резко выкрикнул он, махнув рукой, словно разрезал воздух мечом.

 

Затем обернулся в поисках подсказки и, не найдя её, вновь задумался.

 

– Четверг. Обычно в четверг мудрецы куда-то уезжают. – Кагула постучал себя по голове кулаком. – Совсем стар стал! Не помню: куда мудрецов по четвергам посылаю! – он взвыл, глядя, как ворона вытащила из песка обломок пластмассовой тарелки и пыталась с ним взлететь. – Что же это такое! Старость, говорят, не радость! Как же трудно жить! Как же это? Кто же подскажет мне? Если мудрецов нет,… это обозначает… – он провёл рукой по щеке. – Это обозначает, что я их куда-то послал. К чёрту! Нет, не мог я туда их послать!

 

Процессия медленно приближалась, вытянувшись чёрной струйкой вдоль дороги. Во главе шло розовое нечто, забавно подпрыгивая.

 

– Ах, да. На планеты другие я их посылаю, – вспомнил Император, двумя руками потирая уставшее от напряжения лицо. – Что б вам так не помнить… – пробормотал он и посмотрел на двор. – Знали бы тогда: каково это мне.

 

Он обратил взгляд во двор. Там прогуливался глава капюшонов - Кора-Лиан. Левинец, один из той тысячи, пригнанных сюда с Поллукса в правление Императора Номаджика. Тому столь полюбился их устрашающий вид, что он решил сделать левинцев грозой Гагамелии. Красноглазые, чёрнокожие, с вытянутыми худыми лицами, высокие ростом, всегда одетые в длинные чёрные одежды с капюшонами на головах, левинцы обожали убивать, размахивать оружием, стращать, душераздирающе смеяться и, живя в поллукских лесных хижинах больше ничем не заниматься. Номаджик придумал целую легенду, зачем левинцы появились в его дворце и какую задачу будут выполнять. «Один только их вид заставит содрогнуться ни один мускул», – любил говаривать он.

 

– Кора-Лиан уже проснулся.

 

Чёрный капюшон Кора-Лиана полностью скрывал его лицо, а широкое платье хорошо прятало атлетического склада фигуру.

 

– Как же он на смерть похож! Особенно когда поворачивается. Лучше не смотреть ему в глаза. Который же сейчас час? – Император, сощурившись, посмотрел на утреннее солнце, пообещавшее ему светить целый день, радуя собою. – Я узнаю: который сейчас час, если вспомню, в какое время обычно встаёт глава королевской охраны? – Кагула застыл, напряженно вспоминая. – Ах, не помню я! – взвыл он, покрывшись холодным потом. – Что ж вы пристали-то ко мне, изверги! В восемь утра…, – внезапно вырвалось у него. На лице отразилось удивлённое выражение. – Ай, да я!

 

Вспомнив который час, правитель, решив долго не думать, принял решение пойти навстречу процессии. Разумеется, не один, а в сопровождении парочки-тройки слуг и какого-нибудь придворного мудреца, если таковой остался во Дворце.

 

– Негоже императорской особе прогуливаться по двору совсем одному. Разумеется, вниз! – указал он на дверь спальни и бросился, насколько ему позволяло здоровье, быстрее одеваться.

 

Пока он выбирал халат, подходящий к случаю, пока ждал слугу, чтобы с помощью него одеться, пока спускался вниз, слуги уже дотащили груз и входили на территорию, принадлежащую дворцу. Они поставили тяжелые коробки перед входом и переводили дух, ожидая дальнейших указаний от главного мудреца.

 

Бендомор, одетый в розовый халат, по краям украшенный жемчугом, и такого же цвета чурбан, вошёл в ворота последним, вытирая пот на ходу.

 

– Что это? – зычным голосом закричал Император, едва завидев старца.

 

Он находился на верхней ступеньке лестницы, и пристав на цыпочки, старался увидеть пробирающегося к нему мудреца. Бендомор расталкивал слуг, бранясь словно на базаре, и ловко работая локтями.

 

– Что это? – повторил Император, как только старец остановился около него.

 

– Компьютер, – задыхаясь от быстрого шага, вымолвил он. – Полезная вещь, знаете ли. Недавно видел её на Конгрессе Колдунов и решил приобрести для нашего двора. Вы же, конечно, не возражаете?

 

– Разумеется, нет, – резко выпалил Император, осматривая многочисленные коробки. – Я не отсталый, знаете ли. Почему коробок так много?

 

– Так ведь сложная штука … требует много разнообразных блоков и приспособлений. Кроме того, сеть надо наладить.

 

– Что её налаживать? Забросил в…

 

– Лучше не продолжайте, – сзади него появился Режиссёр (так его все прозвали ещё при Номаджике за то, что именно он управлял государством, следил за гражданами, расставив в каждом доме камеры и следя из своей комнаты за ними по мониторам), положил руку императору на плечо и хитро улыбнулся. Он знал, что собирался сказать Император и не хотел, чтобы тот прослыл невеждой. – Лучше скажите, – продолжил шептать он, – «забросил в руки инженеров». И не спрашивайте меня почему, – снисходительно улыбнулся он.

 

– Нда… Что я хотел сказать? – Император почесал в голове и продолжил. – Забросил в руки инженеров, а они сами разберутся: что к чему. Они же умные! – быстро выпалил он, постепенно переводя взгляд с одного рабочего на другого.

 

Потные рабочие все, как один, были запылены синим песком. Чёрные лица лоснились, словно намазанные оливковым маслом, а красные глаза зловеще горели.

 

– Молодец, – прошептал Режиссёр, радуясь вовремя подсказанной фразе.

 

Бендомор ни о чём не догадался, продолжая вытирать пот со лба.

 

– Да они-то разберутся, но где ж компьютеры будут размещены?

 

– В тронном зале, – отрезал Император, услышав подсказку Режиссёра.

 

– Что бы им там делать? – старец непонимающе уставился на говорящего, представив картинку. – Батюшка, как вы это себе представляете? Вы будете играть, пока ваши мудрецы будут управлять государством? Вы серьёзно?

 

– Конечно, нет. Я пошутил. Режиссёр выделит вам комнату, но вначале несите его в тронный зал, – повторил он слова, ранее сказанные Режиссёром.

 

– Без своего Режиссёра вы уже и шагу ступить не можете?

 

– Ну, вот опять двадцать пять. То в тронный зал установить нельзя, то слушать распоряжения Режиссёра… Не есть хорошо…, – развёл руками правитель, сгорая от нетерпения: что же в этих коробках?

 

– Ладно, ладно. Я тоже пошутил, – добродушно ответил Бендомор, оборачиваясь к скучающим слугам. – Несите в тронный зал. Там разберёмся: куда дальше. Да поосторожней. Оборудование очень ценное.

 

– Сколько ж оно стоит? – ожидая ответа, Император уставился на Режиссёра.

 

Тот не мигая, произнёс:

 

– Не волнуйтесь вы так. Это оплачено не из казны империи. Это спонсорство Вазиона ибн Киратýма. Он у нас самый продвинутый в плане новейших технологий. Везде их внедряет. Своеобразный подарок от всемирно известного колдуна, почему-то ставшего слишком добрым и расточительным.

 

– С чего это? Никогда не встречал такого доброго дарителя.

 

– Всё в жизни случается, – осторожно похлопал его по плечу Бендомор и задумался. «Неспроста это… такая доброта появляется накануне войны». Затем потёр внезапно зачесавшийся нос.

 

– Вазион? Имя-то какое-то знакомое…, – задумался Император, пропуская вереницу слуг, осторожно несущих тяжелые коробки. Он рылся в памяти, тщётно пытаясь раскопать клад. Вот крышка сундука открывается и оттуда выдаётся ответ: «Ты видел Вазиона там-то».

 

– Ну, кто ж его не знает! Главный колдун всех планет.

 

– О, да. Видел его чёрную бороду и поразительно богатый прикид. Как же я забыть-то мог, – запричитал правитель, мечтая укрыться в своей комнате. «Такая ошибка. Такая непозволительная ошибка. Как же мог я забыть такую знаменитую личность? Он же приезжал ко мне на бал не далее, как три месяца назад. Что ж мне теперь за забывчивость будет?». – Вот я и говорю - имя-то какое-то знакомое. Иногда так бывает… хватаешь мысль за хвост… и довольный собой вытаскиваешь её. – «Я молодец!», – он заулыбался, представив: как это могло бы быть, – и вот она, – он мысленно держал в руке нечто, – пытающаяся освободиться от захвата, брыкается, пытается выскользнуть. Но ты крепко стискиваешь её всеми пальцами, – он крепче сжал пальцы, – и (теперь не убежит) … вот, вспомнил!

 

Бендомор лукаво улыбнулся, прекрасно помня, что Император обладает забывчивостью на лица, а ситуации с хватанием мыслей за хвост не единственны в его тщётных попытках вспомнить хоть что-то, так нужное в определённой теме разговора.

 

Император с торжеством посмотрел на мудреца, открывая ладонь. Он жестом показал, что там ничего нет, и отряхнул руки.

 

– Приходите после обеда в тронный зал. Покажу вам последние достижения земных учёных, – мудрец кивнул, подумав про себя: «Вот клоун», и последовал вслед за последним слугой, уже скрывшимся за дверью.

 

– Обязательно приду. Или я буду не король, если не поинтересуюсь: что такого мог Вазион подарить. – Император махнул рукой Режиссёру, приглашая его следовать за ним, и пошёл впереди, желая только одного: оказаться в одном из прохладных бассейнов и принять охлаждающую ванну.

©2020-2021 Смертельное задание. Милана Карало