Когда процессия из мудрецов во главе с Императором скрылись из вида, девушка решила выбираться из укрытия и, вылезая из кустов, выпрямилась, слишком подавшись головой назад.

 

– Ой, – ударившись о каменный выступ в королевском заборе, она вскрикнула. – Больно-то как!

 

– Аккуратней, мадам, стена-то чай каменная, – заулыбался остановившийся рядом, неслышно подкравшийся старец. – Ух, какая рыжая, – он уставился в её чёрные глаза, пытаясь разглядеть зрачок. «Глаза, что чёрные сапфиры. Вот бы мне такую в жены оторвать». Размечтался он. Его улыбка расползлась по морщинистому лицу. «Будет озарять мою скучную жизнь своим неземным сиянием». Он мечтательно посмотрел на её огненные волосы и удовлетворённо заулыбался беззубым ртом.

 

– Рыжая, да не про вашу честь, – выпалила девушка, зло посматривая на остроносого старца. Его слишком худые руки показались ей отвратительны, а длинные нечесаные пакли, представляющие собой волосы, источали аромат рыбы. «Торговец, несчастный, на кого глаз положил? Я - жена короля. Торговцы прочь от меня».

 

– Ух, остренькая моя, – он протянул к ней руку и сразу отпрянул. Девушка угрожающе кляцнула зубами, намекая, что если он не оставит попытки добраться до неё, она откусит ему палец. – Что сделал-то я? – вскричал он, потирая руку. Взгляд его негодовал. Впервые с ним обходились столь смело. – Шипы кругом, словно роза, королевский цветок.

 

Николь расплылась в улыбке, положив руки на талию.

 

– Расцвёл цветок, сорвать нельзя.

 

И проходящие все господа

 

Лишь охать могут и стонать…

 

– Ух, жаль, красотка. Не твой я муж, – больше не желая слушать поэзию той, которая никогда не соберётся ему повиноваться, он быстро ретировался, на каждом шагу оглядываясь: не преследует ли его красотка.

 

Николь проводила его взглядом, криво улыбнулась и зажгла перед собой 3Д-карту. «Не на ту нарвался. Если б ближе подошёл, показала: на что я способна». Она заулыбалась, вспоминая учёбу у Улафа Эль-Фаргуссона и благодаря наставника за те знания и умения, что он в неё вложил.

 

– Так... вот Дворец короля, – на карте появился серый замок. – А вот здесь нахожусь я.

 

Тотчас же на карте появилась жирная красная точка.

 

– Рисуй маршрут, – приказала она и зелёная черта, словно змея, быстро побежала от точки ко входу во Дворец. – Так-то лучше. Идти мне долго, – она посмотрела на небо сосредоточенным взглядом, прикидывая время. Карта постепенно исчезла. – Придётся хорошо петлять. А скоро вечер. Надо бы где-то заночевать. Что же придумать? Придумала! – изменившимся голосом вскрикнула она, одновременно с этим захлопала в ладоши и запрыгала на одной ноге. – Какая же я мастер! Дивно! Волшебно! Вперёд!

 

Она вышла на песчаную дорогу и двинулась по пути, которым ушли Император со своей свитой. Прячась в кусты при каждом приближении стражников и простых прохожих, к вечеру она добралась до Дворца.

 

– Шикарно, – воскликнула Нанда, осматривая высокие ворота, а за ними высящиеся здание из белого камня. – Я вижу цель. И цель мне подчинится. Ты, наконец-то, будешь моим. Можешь не скрываться от меня больше.

 

– С кем разговариваешь, красотка?

 

Она не заметила, размечтавшись о своём, как рядом остановился Капюшон - капитан королевских стражников Кора-Лиан. Красными глазами он осматривал такой лакомый кусочек, приблудившийся под вечер к воротам замка.

 

– Ой, и напугал же, – передернула она плечами. – Тебя не спросила! – выпалила она, зло сверкнув из-под длинных ресниц, утром тщательно накрашенных чёрной тушью. – Ты мне кто?

 

– Грубо, – капитан отряхнул одежду, словно таким образом защищаясь от уколов незнакомки. – Одни шипы, как я посмотрю. Куда дорогу держим? Во Дворце родственник живёт? Что-то не припомню…

 

«И этот про шипы говорит. Как сговорились». Она осмотрела свою одежду в поисках шипов и, не найдя, задорно выкрикнула:

 

– Не твоего ума дело! Что пристал-то?

 

– Я же и арестовать тебя могу. Ты что не видишь: кто я? Незнакомая личность, вечером бродящая по улице, подлежит немедленному аресту без выяснения причин её сюда приведших, – прочёл он цитату из Свода законов. Красные глаза продолжали осматривать прекрасное лицо, никогда прежде не замеченную среди постоянных посетителей Дворца и праздношатающихся.

 

– Я по поводу открытой вакансии агента-разведчика, – сменила тон девушка, испугавшись, что стражник, действительно, может её арестовать, а, арестовав, выяснит за ней другие преступления. И тогда плакало её приключение и розыск человека, которого она так мечтала разыскать.

 

– Ха-ха-ха, – засмеялся Капюшон, осматривая девушку. – Кто ж рассказал-то тебе?

 

– Фригантийцы.

 

– Ой, насмешила! – Кора схватился за живот, угорая от смеха. – Фригантийцы! Они-то откуда могли об этом знать?

 

– Они часто приходят на площадь императора послушать, – не моргнув и глазом, выдала их секрет Николь.

 

Кора-Лиан вмиг прекратил смеяться, но серьёзную маску на лицо не одел. «Нарушение закона. Вот бы их поймать и наказать. Надо в следующий раз быть предельно внимательным».

 

– Какой из тебя разведчик? Ой, ну и смешная шутка. Я такой давно не слышал, – он подмигнул девушке и расплылся в улыбке.

 

– Зачем смеёшься? Не веришь, что я могу пропавшего сына Режиссёра найти? – она поставила руки на пояс, подозрительно прищуриваясь, разглядывая его.

 

– Не-а, не верю. Девушка - разведчик? Воистину смешно.

 

– Что вызывает такой смех? – она подключилась к его голове, пытаясь словно в шкафу, обыскать каждую полку. Удивления её не было предела, когда она обнаружила пустые полки. Стараясь скрыть то, что обнаружила, она произнесла: – Уверена, сегодня Император никого не нашёл.

 

– Откуда ты знаешь? – перестал смеяться капитан. – Ты же только пришла.

 

– Вот именно. Я пришла, а праздника нет. Следовательно…

 

– Ты ясновидящая? – удивился Капюшон, не дав Николь закончить.

 

– Вроде того, – согласно кивнула девушка, желая только одного: не вызвать его подозрения.

 

– Уже вечер. – Кора посмотрел на небо, заволакивающиеся чёрными тучками.

 

– Если я уйду, больше никто не придёт, – уверенным тоном выдала она, так и не найдя в его голове большое количество мыслей. «Проще простого. Капюшоны такие примитивные ребята». Порадовалась она, мысленно потирая ладонь об ладонь. – Долго ещё искать намереваетесь?

 

– Дело говоришь, – он схватил её за руку и потащил во Дворец.

 

– Руки убери! Куда ж ты тащишь-то меня? – она пыталась вырваться из его мёртвой хватки.

 

– Сама же сказала, что, если уйдёшь, якобы больше ни один агент не придёт. Во Дворец тащу. Сглазишь, только хуже будет. Много вас таких здесь шлялось. И что в результате? Император болен. Всем нам будет плохо, если ты не предстанешь сейчас перед ним.

 

Пройдя ворота, капитан нажал на кнопки и решетки быстро захлопнулись. Он притащил девушку через небольшой коридор с железными дверями в комнату охраны и, вытащив радиотелефон, набрал номер.

 

– Бендомор? Это Кора-Лиан. У меня тут девушка, – он прикрыл трубку рукой. – Как имя твоё будет?

 

– Нанда Фебарон, – из интересов безопасности Николь не решилась назвать своё другое имя.

 

– Нанда Фебарон. Она хочет с Императором поговорить, – сказал, а сам на девушку скосился.

 

– С Императором? Он уже спит. Неужто кому-то совесть позволит его разбудить? – услышали оба возмущённый голос Бендомора, раздающегося из чёрного устройства.

 

– Позволит. Она говорит, что разговор срочный, – он снова подмигнул девушке. – Я пока подержу её у себя…

 

– Понял. Пойду Режиссёру доложу. У него нервы получше моих будут. «Это ж надо придумать Кагулу посреди ночи будить».

 

Капитан нажал отбой и осторожно, словно телефон был из саплукар, положил его на железный стол, выкрашенный чёрной краской. На стене висела картина: Кора-Лиан в окружении маленьких красноглазых детей с причёсками, будто сделали начёс.

 

Николь уставилась на картину, думая о том, что никогда не видела детей представителей этой расы. «Вот это секрет. Они оказывается круглолицы, когда малы. Потом их лица до невозможности вытягиваются. Видно так удивлены жизнью, что постоянно ходят с отвисшими челюстями. Как же они делают детей, если их женщин я тоже не видела?».

 

– Какая же отличная это вещь - быстрая связь, – услышала девушка и вернулась в реальность. – До сих пор восхищаюсь находчивостью наших мудрецов, недавно купивших эти вещи на вражеской планете.

 

Внезапно он понял, что выдаёт секреты. Он побил себя по губам и замолчал, поздно сообразив, что слишком доверяет незнакомке. «Чему меня учили? Ну явно не тому, что надо доверять всем без разбору».

 

«Как хорошо. Я сообразительная! Вовремя влезла в его голову, приказала сказать свой текст и вот… через пару мгновений я буду стоять перед Императором… Моя мечта, наконец, начала осуществляться!». Радовалась девушка, стараясь радоваться только в душе, а внешне выдавать грозный и неприступный вид.

 

 

 

* * *

 

 

 

– Что? – Император приподнял голову с подушки. – Почему я посреди ночи должен в тронный зал идти? – зло выкрикнул он и кинул в Режиссёра подушку с золотыми кисточками по четырем углам. – Что за паразит не желает ждать наступления утра? Будит меня посередине такой фантастики! Кто теперь продлит мои неимоверные приключения? Кто покажет их? Я вас спрашиваю!

 

– Некая девушка с вами хочет поговорить, – спокойно вымолвил Режиссёр, разглядывая сонное лицо. Потом сложил руки на груди, ожидая его решение.

 

– С каких пор девушки начинают мешать мне спать? Неужто с тех самых, когда я стал молодым? – проворчал правитель, приподнимаясь на постели. Внезапно ему стало интересно посмотреть на смелую особу, не побоявшуюся помешать такому интересному течению его сказочного сна. «Ой, что же я говорю-то такое? Это же крайне хорошо!».

 

– Кора-Лиан не сказал: ни что за девушка, ни что за тема.

 

– Забавно. – Кагула, медленно откинув одеяло, сел. – Загадочно. Свежо. Оригинально. Всегда так поднимайте меня с постели, – он потянулся, сладко зевнул, и бодро поднялся. Схватил одежду, аккуратно развешанную на стуле, и бросил на кровать. – Одевай! Хотя, – он поднял с ковра подушку и аккуратно, погладив, положил её на кровать, словно кошку, случайно согнанную с дивана, – нет. Передумал я. Что я старый, что ли?

 

Старец с ухмылкой наблюдал как правитель, не собираясь ждать, когда его оденут, начал сам одеваться. «Что это с ним случилось? Даже забыл о своих капризах! Он становится всё страннее и страннее».

 

 

 

* * *

 

 

 

Капитан и девушка вошли в зал. Ажурные своды убегали ввысь, а огромные окна во всю стену, были завешаны чуть прозрачными занавесями, сквозь которое просматривалось чёрное небо. Старцы с заспанными лицами сидели на мозаичном полу, не забыв подложить под себя личные ковры. Все зевали, тщательно скрывая это от Императора. Император восседал на троне, за которым стоял по одну руку - Режиссёр, а по другую - главный старец - Бендомор.

 

Кора-Лиан провёл девушку на середину, поклонился и спешно удалился из зала, предоставив правителю самому разбираться с незнакомкой.

 

Минуту присутствующие и девушка разглядывали друг друга. Зевнув, Император первым начал говорить.

 

– Смело и необычно будить меня посреди ночи для какого-то сверхсекрета, – он покрутил рукой в воздухе и опустил её на рот. Зевнул, закрывая ладонью, и бросил её на колени.

 

– Сейчас не ночь. А только десять часов вечера, – заметила Николь, рассматривая заспанное, но симпатичное лицо, располагающее к доверию. «Как красиво в этом зале. Так уютно и необычайно безопасно. Эти люди, наверно, такие милые, ради моего сообщения собрались здесь, совсем не боясь меня. Что если я террористка и таким образом решила пробраться к тому, кого решилась убить?».

 

– Император уже спит в этом время, – отеческим тоном заметил Режиссёр. – Поэтому, милочка, ночь.

 

– Так что же сподвигло вас на такой смелый шаг? – продолжил допрос Император.

 

– Я агент-разведчик, – не собираясь ходить вокруг да около, выпалила девушка.

 

– Ох, – воскликнули старцы, обратив свои взоры к непобоявшейся незнакомке, ночью пришедшей во Дворец с таким интересным заявлением. Они зашептали, обсуждая между собой смелый поступок.

 

– Необычно, – заметил Император, поднимаясь. Он прогнулся, потирая спину, зевнул и спустился с помоста, где стоял его трон. – С чего вы решили, что можете отправиться в приключение вызволять принца - сына Режиссёра? Почему вы думаете, что справитесь с его охраной? – ходя вокруг неё, говорил он.

 

– Я ясновидящая.

 

– И что же ты видишь, голубушка? – Кагула по-отечески похлопал её по плечу.

 

– Вижу, что Орли уже захвачен в плен..., – выпалила она, не ожидая, что здесь может присутствовать его отец.

 

– Кем? – испугался Режиссёр, побледнев. Сердце быстро-быстро забилось, заставляя мысли бегать как сумасшедшие.

 

– Я не договорила. Мной, конечно, – она улыбнулась, видя, как все напряглись от её безобидной шутки.

 

Режиссёр тяжело выдохнул, схватившись за голову обеими руками.

 

– О, горе мне! – выдал он, качаясь.

 

– Вот это её «конечно» мне нравится, – в свою очередь заулыбался Император, поглаживая живот.

 

– Негоже женщину отправлять в полёт, – выдавил кто-то из старцев. – Женщина на корабле к беде.

 

– У вас, уважаемый, устаревшие понятия о кораблях, – философски заметил Араух. – Там давно уже женщины правят. Вспомните командира нашего космолёта Гагамелия-Земля: Нини.

 

– Она не женщина, – заметил кто-то из мудрецов, – а, – но не успел договорить, будучи перебитым главным мудрецом, боявшимся, что секрет Нини будет раскрыт.

 

– И да у него устаревшие понятия о женщинах, – заулыбался Бендомор. – Он всё думает: мы в Среднем веке проживаем. Хе-хе, – он перестал смеяться и приблизился к девушке. – Но мы отвлеклись. Так вы хотите быть агентом? Не боитесь?

 

Режиссёр прислушался к биениям сердца. Постепенно оно успокаивалось. Мысли замедлили бег, давая владельцу передышку. «Смерти моей захотели. Разве можно так пугать отца? С каких это пор я стал так бояться за сына? Наверно с тех самых, как почувствовал, что он может надолго меня бросить одного. И почему я отпустил его тогда? Надо было схватить и…».

 

«Мне и ещё бояться?! Меня Улаф такому научил, что я нигде не пропаду». В свою очередь думала девушка. Поморгав, она вымолвила громко и уверенно:

 

– Нет, нисколечьки.

 

– Вас саму могут в плен захватить, – склонился над ней Император.

 

– Не волнуйтесь за меня. Я хорошо обучена и смогу вырваться из плена, а также обеспечить безопасность сыну короля.

 

– Пока ещё не короля, – прошептал Режиссёр.

 

– Не короля, – поправил её Кагула. – А Режиссёра.

 

– Я ясновидящая. Я знаю, что я говорю, – гордо выпалила девушка.

 

– Раз такая смелая, назначаю тебя агентом. – Кагула похлопал её по плечу, радостно улыбаясь.

 

Окончательный выбор подарил ему хорошее настроение и придал уверенности в своих силах. Он довольным жестом потёр живот, предвкушая, как красотка принесёт ему Орли на блюдечке.

 

– Вы в своём уме? Разве у вас может быть своё мнение? – оторвав руки от головы, выпалил Режиссёр. Затем подскочил на месте и приблизился к Императору. – Я, между прочим, против, – покачал он указательным пальцем перед его лицом.

 

– Должно же у меня быть своё мнение хоть по одному из вопросов? – Император ответил вопросом на вопрос, наблюдая, как ему показалось, забавную сценку. «Впервые я смело выразил своё мнение… наверно заразился от девушки… и это так разозлило дядюшку. Но я же не игрушка в его руках! Кто на самом деле управляет государством? Я? или Он?».

 

– Если так рассуждать, скоро вы будете на все вопросы иметь своё мнение, – заворчал Режиссёр. – Революционное решение. Моё мнение: женщина-агент не сможет защитить моего сына, как должно!

 

– А как должно? – уставился на него Кагула. – Других у нас всё равно нет. А Орли вернуть надо. Так что вынуждены признать, что … как ваше имя?… будет у нас агентом за неимением агентов-мужчин.

 

Император повернул голову к девушке и улыбнулся. Ожидая её ответа, он осматривал её рыжие волосы, приковывающие взгляд.

 

– Нанда Фебарон.

 

– Надо было обеденного брать, – пробормотал Режиссёр, косясь на девушку. – У него и отец подходящий, – старец вспомнил стоящего перед ними полного юношу, так желающего попасть на космолёт, что сбивался, перескакивал с одного рассказа на другой, чем окончательно смутил Императора, запутавшегося: кто есть кто и кем хочет быть юноша.

 

– Он трус, – вспомнил Кагула, как юноша испуганно вошёл в зал и как отвечал, озираясь на старцев. – Растеряется при виде большой толпы. Судя по донесениям, проблем у него много. А во-вторых, он не обладает магическим знанием.

 

– Но у него же отец колдун! Уверен: он научил его всему, – не унимался Режиссёр.

 

– Да это ничего не даёт! Главное, что в голове, – император постучал по своей. – А там ничего нет. Я же задавал ему вопросы.

 

– Правильно, правильно, – вмешался Араух. – Там ничего нет. А в голове девицы точно есть, – он подскочил к девушке, желая посмотреть в лицо такой смелой и отважной.

 

«Он умеет читать мысли?». Испугалась девушка. «О, горе мне, если это так». Она осторожно обернулась и сквозь ресницы посмотрела на приближающегося старца. «Ошиблась. Как же это хорошо: ошибаться! Эти олухи читать мысли не умеют! А если бы умели, я бы давно была в их темнице». Успокоила она себя.

 

– Следовательно, решено: вы у нас, Нанда Фебарон, - наш агент. Прямо сейчас отправляйтесь со старцем Араухом, он вам покажет космолёт, который вы возьмёте, и познакомит с пилотами и капитаном. Всех разбудить! Пусть спешно улетают.

 

– Разве я не полечу одна? – забеспокоилась девушка. «Мне не нужны свидетели и сопровождающие».

 

– Не знал, что вы умеете космолётом управлять! – заметил Император, направившись к трону. «Что-то ноги, как ватные, так устали стоять. Скорее сесть». – Вы думаете – это игрушки? Нажал пару кнопочек и готово? Не всё так просто, дорогуша.

 

– И не умею. Правильно вы заметили.

 

– Тогда молчите. Араух, идите. А мы, уважаемые, давайте поговорим по поводу подготовки к празднику дня рожденья нашего уважаемого Бендомора, – сказал Кагула, с удовольствием усевшись на троне. – Оно же послезавтра ожидается!

 

– Но ночь на дворе! – парировал Режиссёр, всматриваясь в чёрные окна. – Вам спать пора!

 

– Что-то расхотелось мне спать, – правителя согревала мысль, что впервые в жизни он принял решение самостоятельно. – Не смущайтесь вы так. День рождения надо отмечать широко, как у нас и принято во Дворе.

 

Бендомор хотел возразить, но был прерван одним из старцев. Тот так осуждающе посмотрел в его сторону, что главному мудрецу стало не по себе. Уж очень тому хотелось завтра хорошо поесть. Он не выполнил государственную закупку для своего дорогого дома и остался без продуктов. Теперь придётся ждать следующую, что на будущей неделе. А голодать тому совсем не хотелось.

 

– Так мне можно идти?

 

– Араух, я давно отправил вас с девушкой. Почему вы до сих пор здесь? – удивился Император.

 

Девушка переводила взгляд с одного на другого, вся погружённая в предвкушение от поездки.

 

– Пойдём, женщина-агент тайной разведки, – улыбнулся Араух, беря Нанду под ручку.

 

– Сама могу идти, – попыталась вырваться она.

 

– Не хорошо девушкам ночью разгуливать. А если вы будете со мной, могут подумать, что мы - пара, – подмигнул старец.

 

Только сейчас Николь разглядела его молодое лицо. «Что он сделал с собой? Неужели пластические операции? Голос взрослого, а лицо молодого. Старец тоже! Бесит!».

 

– Ладно, так уж и быть. Ведите, – разрешила она, пообещав себе разузнать его секрет.

 

– Удачи! – пожелали им сидящие в зале.

 

Император махнул рукой и обернулся к Режиссёру.

 

– Так. Блокнот у вас в руках? Пишите…

©2020-2021 Смертельное задание. Милана Карало