Королевская процессия приблизилась к пещере силы. Её составляли тридцать мудрецов и двое слуг с опахалами. Режиссёр и Император шли под ручку, возглавляя процессию. У входа их уже ждал старец Вилэма. По правую и левую его руку стояли двое слуг, закутанных с ног до головы в голубые одежды. Только чёрные глаза выглядывали из-под них, да руки, одетые в белые перчатки.

 

Старец щёлкнул пальцами и слуги, забежав в пещеру, вывезли оттуда стеклянный саркофаг, так легко, словно он был сделан из пуха, а не из массивного стекла, вставленного в сваренный металлический каркас.

 

– Ложитесь сюда, уважаемый Кагула Джафалма, – проговорил старец слегка дрожащим голосом. Затем аккуратно приставил стеклянную лестницу к саркофагу. Слуги осторожно открыли крышку.

 

Император с ужасом на лице уставился на стеклянный ящик. Потрогал его руками, ощутив холодную и жёсткую поверхность, скептически постучал по ней, выбивая загадочный ритм, повернулся к Режиссёру и капризным голосом проговорил:

 

– Что же вы, милейший, не сказали, что там одно стекло кругом? Я бы подушек захватил. Как же я теперь туда лягу? – всплеснул он руками. – Я ж все косточки отлежу.

 

– Ложитесь, уважаемый, комфорт вам тут не нужен. Саркофаг не для комфорта, – объяснил Вилэма, пока Режиссёр стоял с открытым ртом, собираясь придумать объяснение увиденному. Он тоже не ожидал, что саркофаг не содержит постели внутри, по наивности думая о мягких подстилках.

 

– Смотрите, если я отобью себе все косточки. – Император по приставной лестнице осторожно забрался внутрь. Слуги сразу убрали её, и, дождавшись пока правитель ляжет, закрыли крышку. Саркофаг вкатили внутрь. Старец зашёл вслед за слугами, не впустив, желающего войти внутрь Режиссёра. Он пораженно застыл около входа, возмущённый таким обращением.

 

– Церемонию погружения не может проходить в присутствии посторонних лиц, уважаемый, – поднял руки старец.

 

– Я - посторонний? – Режиссёр хватал губами воздух, от негодования забыв все слова.

 

– Человек, не посвящённый в магию, – объяснил старец и скрылся в чреве пещеры.

 

– Ты хоть знаешь его имя? – обратился Кларавусу к Арауху, осторожно показывая рукой на Режиссёра, стоящего в волнении у самого входа в пещеру. – Никогда не слышал, чтобы кто-то по имени его звал.

 

Кларавус выглядевший лет на сорок, недавно закончил Академию Мудрецов и по большому блату был переведён в Совет Мудрецов при Императоре. Сразу сдружился с Араухом, так как в старом теле видел молодую душу, и когда старец переборщил с эликсиром, очень обрадовался. Теперь никто не сможет обвинить их в несоответствии возрастным пристрастиям и никто не выгонит из тех мест, куда они оба любили ходить, но то одного не пускали, так как выглядел старым, то другого, так как с молодыми они не работают.

 

– М-м-м. – Араух быстро перевёл взгляд с друга на правую руку правителя и уставился куда-то в сторону. – Согласен с тобой. Никогда не слышал, чтобы кто-нибудь хоть раз назвал его как-то по-другому, – он пожал плечами, вспоминая. – Все Режиссёром его кличут.

 

– У нас теперь есть компьютер. Наши инженеры уже подключили его, – заметил Кларавус. – Предлагаю, как придём, сразу же подключиться к Вселенской базе данных и установить: кто он такой и почему имя его никто не знает. Так же ведь нельзя оставлять…

 

– Хороший будет эксперимент, я тебе скажу. Меня уже давно мучила сия загадка. Вовремя ты сюда перевёлся. А ещё я рад, что на Земле попались толковые мужи, разъяснившие нашей делегации: какая это замечательная вещь компьютер…

 

– Кто бы спорил, – подхватил Кларавус, желая продолжить мысль, – а ещё наши инженеры быстро сообразили, что к чему. Предлагаю отметить это!

 

– Отмечать будем, когда выясним: что за тёмная личность перед нами, – обернулся к нему приятель. – Что бы я делал, если б не твоё предложение?

 

Кларавус показал жест рукой, обозначающий, что Арауху пора замолкнуть. Саркофаг вывезли. Парочка притихла, ожидая продолжения представления.

 

Слуги открыли крышку. Режиссёр бодро влетел по лестнице и наклонился внутрь, держась за стекло.

 

– Как вы себя чувствуете, уважаемый? – сладким голосом поинтересовался он, разглядывая обеспокоенное лицо Императора. Казалось, он пережил самый потрясающий момент, который с одной стороны не даёт ему поделиться эмоциями, так как правитель не привык бурно реагировать, а с другой стороны Кагуле больше всего на свете хотелось рассказать во всех красках своё незабываемое приключение.

 

– Словно побывал в адском месте, – наконец, нашёлся он, и морщась, начал подниматься. Сначала на колени, а с колен, держась за край стекла, на ноги. Попросив Режиссёра освободить ему лестницу, Кагула с помощью старца вылез из саркофага на верхнюю ступеньку лестницы. Видно было, что вереница действий далась ему не легко. – Все бока, как и ожидал, болят, – на его лице застыла маска боли.

 

– Ну, что? Как? Вы видели моего сына? – Режиссёр протянул ему руку, собираясь помочь спуститься с лестницы.

 

– Я ттакое ввидел ... тттакое ... – начал заикаться Император, вспоминая выложенную мозаикой площадь, белые высокие здания вокруг и троих юношей: двоих гагамельцев и одного фригантийца. Юноши стояли позади ослепительно красивого фонтана и, не отвлекаясь на проходящих по тротуарам людей, наблюдали за входом в мотель. Он узнал одного из них. «Орли собственной персоной. Но кто же эти двое других?» – Ваш сын в белом городе, – страшным голосом выдал Кагула, чуть качнувшись.

 

Затем спустился вниз. Слуги сразу подбежали к нему, заработав опахалами.

 

– В белом городе? – понеслось в рядах мудрецов.

 

– А, да знаю это место. Это Вегаламус. Фоминск, – авторитетно выкрикнул кто-то.

 

– Откуда вы знаете? – крикнул Режиссёр в толпу мудрецов, заметно раздражаясь. «Ведь знают ответ и даже не выйдут вперёд и не успокоят Императора».

 

– У меня родственник там живёт, – мудрец Фалессар наконец-то решился выйти из толпы. Его голубые глаза от волнения стали серыми и холодными. – Скучно-неинтересный город. Даже посмотреть не на что.

 

– Что мой сын делает на чужой планете? – задумался Режиссёр, потирая виски. – Как вообще он там оказался?

 

– Он с фригантийцем и гагамельцем, – вспомнил Император, опять представив себя на площади. – Один из них мне знаком.

 

– Фригантийцем? – всплеснул руками Режиссёр, поражаясь: зачем Орли понадобилось улетать с родной планеты и как он оказался в обществе фригантийцев-рабов, которым запрещено покидать не то, что дом хозяина, но и планету тем более.

 

– Ну да. Тот болван, что до меня правил, кажется, подарил некоторым фригантийцам свободу, – смело начал Император, называя «болваном» правившего до него Луи Номаджика, смещённого с трона Режиссёром. – Вот как объясняется его нахождение там.

 

– Это обозначает лишь то, что это фригантийцы из команды Тони Лякосты, – сказал Бендомор, приближаясь. Проведя анализ, он быстро вспомнил: как фригантийцы могли стать свободными и кто увёз их с планеты. – Вот, что они делают на Вегаламусе?

 

– Опять это имя! – с чувством сплюнул Режиссёр. – До коле я слышать его буду?

 

– Вы лучше думайте: как сына спасать, – выдал мудрую мысль Бендомор, серьёзно рассматривая трясущегося от холода Императора.

 

– Неч-чего т-тут д-думать, – отрезал Кагула, заикаясь. – Выбрать агента и пусть он украд-дёт Орли из лап не-негодяя, осмелившегося послушать т-того болвана и д-действительно смотаться с п-планеты.

 

– Отличная мысль, а главное - мудрая, – не заметив странности в речи правителя, выпалил Режиссёр, улыбаясь своим мыслям.

 

– Д-давайте во Д-дворец вы-вы-вернёмся. Что-то ххх-олодно с-совсем сс-тало, – попросил правитель, делая шаг вперёд. Он обнял себя, хлюпнув носом. – Д-давайте направимся во Д-дворец. Хватит меня уже обмахивать, – внезапно зло закричал он на слуг. Те испуганно застыли, сжимая в руках опахала. – Берите опахала и марш во Д-дворец, чтоб я вас не видел.

 

– Бендомор, дуйте во дворец, прикажите принести одеяло Императору, – голосом главного, произнёс Режиссёр.

 

– Совсем что-то я з-замерз, – пожаловался правитель, поглядывая на мудрецов и оценивая: с кого можно позаимствовать тёплую одежду. Не найдя никого, он разочарованно хмыкнул и плотнее обнял себя. «Надо издать такой указ, который заставит придворных мудрецов носить полушубок за плечами. Тогда, если я снова замерзну, будет чем меня укрыть и согреть». Подумал, а потом мысленно ахнул. «Сорок полушубков. Сколько сейчас хвосты стоят? Бешеные деньги. А пошив? А снятие мерок? Верно я схожу с ума, раз решил одеть в меха своих придворных. Обойдутся».

 

– Бендомор, кому я сказал?

 

– Почему я? У нас молодежь есть. – Бендомор уверенным жестом показал на Арауха и Кларавуса. – Пусть кто-нибудь из них и сбегает.

 

– Я? – возмутился Араух, не считающий себя молодым.

 

– А не надо было молодым становиться, – ядовито бросил ему Бендомор, заметно раздражаясь. «Напьются сверх меры, преобразятся, что не узнать никак, а потом говорят, что они видите ли старые для быстрого бега, в то время, как на вид им не дашь и тридцати лет».

 

– П-прекратите сп-сп-спорить! Б-бегите во Д-дворец. П-прикажите б-бассейн мне нагреть, – стуча зубами, произнёс Император, встав поближе к Режиссёру, попытавшись получить от него вожделенное тепло.

 

– Вас понял. – Араух и Кларавус быстрым шагом направились во Дворец, на ходу оживленно обсуждая случившееся.

 

Мудрецы заметили, что Император дрожит мелкой дрожью, в то время, как они изнемогали от жары. Он покрылся мурашками и обхватил себя руками, желая согреться.

 

Бендомор вышел вперёд, скомандовав процессии следовать за ним. Мудрецы пропустили Императора с его заместителями и зашагали следом.

 

«Вот я идиот. Ведь был же здесь Тони Лякоста. Ему надо было поручить поиск Орли. Плюнул в кристально чистую воду, а теперь самому бы напиться, да не могу».

 

– Полностью с вами согласен, – сказал Бендомор, идущий рядом. Режиссёр запоздало понял, что всю тираду, предназначенную для внутреннего обсуждения, произнес вслух.

 

– В-вам же п-приказ б-был: п-прогнать или в т-темницу б-бросить. Я, кстати, п-полностью с в-вами с-согласен, – наклонился к нему Император, стуча зубами. На подбородке появился иней.

 

Процессия, так и не встретив двух посланных за тёплой одеждой мудрецов, вошла в ворота Дворца. Куча людей, согнанных сюда странными сообщениями Арауха и Кларавуса, с нетерпением дожидалась Императора.

 

– Император заболел, – понеслось со всех сторон, как только дрожащий от холода и инея на подбородке Император перешагнул порог.

 

Мудрецы как могли отгоняли народ от правителя, мешающие его продвижению. Наконец все вошли внутрь и лабиринтами коридоров зашагали до первого этажа, где располагались тридцать три бассейна Кагулы Джафалмы.

- Странное действие...

Не находите?

Процессия бесконечными коридорами пробиралась на цокольный этаж, где находились тридцать три бассейна Императора. Бендомор настоятельно посоветовал Кагуле согреться в тёплой ванне.

 

– Какое-то странное действие возымел на вас сегодняшний эксперимент с ясновидением, – идя впереди всех, удивлялся Режиссёр, бросая быстрые взгляды на идущего позади него дрожащего правителя.

 

За Императором, смотря себе под ноги, шли все его придворные мудрецы с Бендомором во главе.

20200808_092302241.jpg
20200808_092302241.jpg
20200808_092302241.jpg

Войдя в третью по счёту комнату, подготовленную слугами к приходу правителя, процессия остановилась у бассейна. Под пристальными взглядами Император разделся и по приставной лестнице спустился в воду.

 

– Ой, изверги! – внезапно закричал он неземным голосом. – Вода-то ледяная!

 

От воды вверх поднимался пар. Режиссёр нагнулся, опустил палец в воду и сразу одернул.

 

– Горячо! – повернулся он к мудрецам, обеспокоено уставившихся на него. Он вытер палец о край сюртука. Вопрос так и витал вокруг: что случилось с Императором?

 

– Он не чувствует высокую температуру воды. Я чуть палец не обварил. – Режиссёр подул на него, показывая какова его плата за пробу.

 

– Ваша правда. – Бендомор присел рядом с краем бассейна и осторожно опустил руку в воду. Поболтав ей там, серьёзным тоном вымолвил: – Надо лекаря звать.

 

– Лекаря нет, – быстро выпалил Кларавус.

 

– Он на прошлой неделе умер. Я на совете об этом говорил. Но вы же слушать меня не захотели! – заволновался Араух, посматривая на друга.

 

– Молод ты ещё, – улыбнулся Бендомор, всматриваясь в молодое лицо старца. «Вот ведь… желание всегда оставаться молодым. Никогда не понимал таких людей». Он вздохнул. «Стареть тоже надо уметь». – Да, упустили мы, сознаюсь.

 

– Как умер? Я не приказывал! – Императору стало жутко на душе. – Кто же меня лечить будет? – разволновался он.

 

Главный старец внимательно посмотрел на правителя. «Мерещится мне что ли… В каждом я вижу изменения в сторону молодости. Схожу я с ума?».

 

– Не беспокойтесь. Сейчас кого-нибудь найдем. Кто у нас лучший колдун? – Бендомор повернулся к Арауху, наткнувшись на его глаза изумрудного цвета. – Список рейтинговый ко мне на стол через десять минут, – приказал он, продолжая рассматривать его подведённые чёрным, ставшие от этого раскосыми, глаза.

 

– Я без бумаги его помню, – без запинки выпалил тот. – Эль-Коравун занимает первое место, Барбаджан - …

 

– Его нельзя звать, – резко одернул его старец, вспоминая последнюю встречу. Тогда колдун не смог даже назвать название лекарства, что недавно дал общему знакомому, подхватившего опасный недуг. – С памятью его что-то стало. Дальше.

 

– Саджи Мёртвая Нога. Он занимает тре…

 

– Кто-о-о? – с нарастающей громкостью в голосе спросил Бендомор, подумав, что ослышался. – Кто? – переспросил он, приставив руку к уху.

 

– Саджи Мёртвая Нога. Он индеец с планеты Земля. Теперь является президентом анклава колдунов - что в Блекмаджике. Сильный колдун. – «Неужели он не знает такую выдающуюся личность? Уже все слышали истории про него».

 

– М-м-м, – главный мудрец озадаченно почесал затылок указательным пальцем. – Что-то не уверен я, что какие-то там индейцы с планеты Земля могут колдовать. – «И тем более лечить». Он обеспокоенно скосился на замерзающего в горячей воде императора и перевёл взгляд на Арауха. – А Эль-Коравун тогда где? Как-то я совсем пропустил сиё событие со смещением их президента. Хоть что случилось там?

 

– Он продал дом и уехал, – начал объяснять молодой старец. – Видимо, не перенес такого оскорбления. Не хотел признавать, что кодекс колдунов нарушил. Все бы так уезжали…

 

– Вот, что я думаю, – «правая рука» повернулся к Бендомору, – надо Саджи звать. Среди перечисленных остаётся только одна персона, которая реально сможет нам помочь. «Придётся поверить тому, что люди говорят о его способностях».

 

– Давай нового лекаря тоже проверим, – шепнул Араух своему другу, в момент, когда они выходили из зала.

 

Друг кивнул на дверь, приглашая следовать за ним. Они ушли, жалея, что не услышат всю беседу целиком.

 

– Как строго-то всё. Ладно уж. Зовите Саджа, – согласился Бендомор, невидящий альтернативы. «Кто сможет заменить такого замечательного правителя, как Эль-Коравун? С ним горя не знали. Всегда прибегал по первой просьбе короля. Никогда ведь не отказывал. Если с Кагулой что случится, я не смогу больше здесь работать. Итак уже сменил пятерых императоров на своём веку». Он тяжело вздохнул и, кивнув, добавил самому себе вслух: – Посмотрим: на что он годен.

 

– Воды подлейте! Горячей воды! – прошептал Император голосом умирающего. В отчаянии он поднимал и опускал руки, поднимая столб брызг. – Изверги, заморозить совсем собрались! Как же мне вам отомстить-то?… не успею… замерзну в конец…

 

– Ваше превосходительство, вода же горячая! – воскликнул Бендомор, снова опуская палец в воду.

 

– Остыла она! Если вы олухи не чувствуете, поверьте уж мне. Зачем мне врать? Заморозить меня захотели, обормоты? Чем я провинился-то так?

 

– Никак нет, ваша светлость. Не хотим заморозить. – Бендомор, подошёл к стоящему у окна слуге. Тот с удивлением смотрел на «замерзающего» правителя. – Принесите кипятильник, – попросил старец таким тихим голосом, чтобы Император его не слышал.

 

– Но-о-о… – попробовал запротестовать слуга, прекрасно понимая, что Бендомор удумал делать, и не осмеливаясь противоречить.

 

– Неси скорей, – и, подойдя к его уху, добавил тихим голосом. – Опустишь в воду, сделаешь вид, что в сеть включил. Ым?

 

Слуга убежал и через пару минут вернулся, разматывая на бегу провода.

 

– Кого лечить? – в зал стремительно ворвался высокий человек. Этим человеком являлся Саджи Мёртвая Нога - колдун-врачеватель. Его волосы были длинны, блестящи, чёрны и уложены в хвост. – Где па-ци-Энт? – с акцентом начал он, ставя саквояж на кафельный пол.

 

– Наш Император, – сказал Режиссёр, оторвавшийся от стены, где стоял с другими старцами. Широким жестом он указал на бассейн. – Кагула Джафалма. Он в бассейне.

 

– Попросить удалить! – голосом нетерпящим возражений заявил влетевший и внезапно осёкся, заметив слугу, опускающего кипятильник в воду. Глаза его моментально округлились, – Шта? Шта вы делать? – его глаза буквально полезли на лоб от шокирующих действий слуги. – Зовсем з ума попрыгали?

 

– Кого удалить? – не понял Режиссёр, переводя взгляд с Саджи на Бендомора. «Вы хоть понимаете что-нибудь?». Говорил его взгляд.

 

Колдун подлетел к краю бассейна, закипая от возмущения. Его круглые очки спустились к самому краю длинного носа, а чёрные раскосые глаза с укором смотрели на недотёпу слугу.

 

– Ваз взех! Увить его забрались? – Саджи помахал рукой перед лицом Режиссёра. – Но впервой увалить зумазшедшего слугу! Увалить! Устройство для подогрева воды - увалить! Взех увалить! Один я колдовать долзен! Згиньте с глаз моих зовсем!

 

– Как скажете, Великий! – снисходительно улыбаясь, произнес Режиссёр, с трудом понимая его речь. Затем махнул рукой Бендомору. Тот стоял у окна и удивлялся акценту и непозволительному тону вызванного помочь.

 

Пожав плечами, мудрецы дождались, когда Режиссёр и главный старец пройдут мимо них, вышли за ними вслед.

©2020-2021 Смертельное задание. Милана Карало