Но, к его счастью, и эта дверь была открыта. Кто будет ходить по коридору, через который нельзя попасть в стратегически важные места?

Как только дверь закрылась за ним, колдун похвалил себя за смелость. На душе разлилось спокойствие. «Теперь я осуществлю всё, что задумал». Порадовался он.

 

Сверившись с нарисованным планом, Вазион направился в комнату, принадлежащую Хайфу ди Ламаху.

 

– Погибший олух, так и не смог исполнить мои приказания, как надо. А ведь хвалился, что сможет всё сделать. Как же бесит! Люди так горды своим величием, а на деле ничего из себя не представляют! Бесит! – Вазион осторожно открыл и так же тихо закрыл дверь комнаты бывшего начальника тайной разведки.

 

Зайдя, он закашлялся.

 

Повсюду лежала пыль. Тут не убирались много недель. В замке всегда соблюдали принцип: «зачем убираться там, где никто не живёт?».

 

– До чего довёл замок! Ничего… Не долго ему осталось ещё править! Скоро я смещу его, – он сжал кулаки над грудью и закрыл глаза, представляя, как всё это произойдёт. Постояв так и помечтав, он решил всё-таки заняться тем, зачем сюда пришёл.

 

А пришёл сюда колдун за одеждой Хайфа ди Ламаха. Да-да, Вы не ослышались! Ему нужно было много одежды. Клоны, которых создаст его лаборатория, должны одеваться также, как прототип.

 

Вазион задумчивой походкой подошёл к столу и выдвинул ящик. Роясь в ящике стола Хайфа, рукой он нащупал тетрадь. Вытащил её. На коричневой обложке мерцала золотистая надпись «Мой дневник». Он хмыкнул, открыл его и начал листать.

 

«... впервые я увидел Элис, когда мы с Альби ...».

 

– Как он Альбиреоса называл? Альби? Фу! Как это бесит! – колдун посмотрел на потолок.

 

«...впервые отправились на Радвей. Тогда-то всё и началось...».

 

– Тфу, ты! Он в ту девчонку, из-за которой всё началось, оказывается, был влюблен...

 

Он пролистнул ещё несколько страниц.

 

«... только ты являешься в каждом моём сне, и временами я вижу тебя в бесконечных коридорах нашего замка...».

 

– Ей же 15 лет... а Хайфу-то сколько было? Тьфу, как это мерзко... Она же ещё девчонка была...

 

Он полистал блокнот, натыкаясь только на рассказы о влюблённости.

 

«...А ты даже на меня не смотришь. Правда, ты не знаешь, что я в тебя тайно влюблен... Я написал тебе столько стихов... Ах, если б ты знала…».

 

– Не знал, что Хайф рифмоплётом был. – Вазион сунул руку в ящик и вытащил второй блокнот, весь исписанный стихами. Он полистал его и оба зло бросил на кровать. – Противно!

 

Из одного из блокнотов на пол упало фото Элисон Коул. Вазион поднял его и покрутил в руках.

 

– Даже не красавица. Не люблю блондинок! Вот моя Антера была красавицей. – Он вспомнил её образ и в раздражении бросил фото на кровать. – Бесит! Заставила меня свою бывшую вспоминать… Вот ведь!

 

Забрав немногочисленную одежду убитого колдуна, Вазион отправился в спальню Онрадеса.

 

– Понастроили закоулков! Но скажите: кто в таких лабиринтах хорошо себя будет чувствовать? Стены чёрные… Слишком давят на психику, а бесчисленные повороты, дезориентируют. Где ж эта чёртова спальня? – он остановился у бронированной двери и вытащил из кармана потрепанную схему. Узел с вещами Хайфа, находящийся подмышкой, с тупым стуком упал на пол. Колдун не обратил на него никакого внимания, занятый вычислением того, где сейчас находится.

 

Пять минут всматриваясь в бумагу, крутя её и так, и этак, пока, наконец не распознал, что стоит прямо напротив искомой комнаты. Он издал победный возглас, сразу же закрыв рот рукой, и, с радостью схватившись за ручку двери, легко и без скрипа раскрывшейся, зашёл внутрь.

 

– Вот безвкусица-то, – он, не оборачиваясь, закрыл дверь. Посередине комнаты, застеленной ковром, имитирующим траву, стоял рабочий стол, украшенный древесной корой. Рядом высился шкаф, выпиленный из дуба, а с правой руки находилась широкая кровать, застеленная леопардовым покрывалом. Всё было настолько грязное и напитанные пылью, что Вазион громко чихнул. Затем ещё пару раз.

 

– Вот это живут!!! – крикнул он и не услышал эхо. – Комнатка крошечная, да ещё и шумоизоляция, – он бросил взгляд на покрытые материалом стены. – Кричи, не кричи… Говоришь, как в вакууме. Как вообще здесь можно спать? Ничего! Первым делом, когда займу трон, снесу этот замок и построю новый... просторный и огромный... – размечтался колдун, представляя красивую картинку другой жизни. – Большие просторные залы, где, если войти в начале, видно того, кто будет стоять в конце, многочисленные широкие лестницы и мои драгоценные статуи… Наконец-то все начнут бояться короля... а не так, как этого... как бишь его... Альби… тьфу... Король... тоже мне... Представляет из себя мальчика и ведёт себя также... Человеку 300 с лишним лет, а одевается, как молодой пацан... тьфу... – он несколько раз чихнул и добавил: – и пыль кругом… Надев заготовленный заранее респиратор, он почувствовал облегчение. Пройдя по утоптанной тропинке, он остановился у шкафа.

 

Неосторожным движением Вазион открыл его, зацепив лежащую на самом верху шкатулку. Той не понравилось такое обращение. Она с громким ш-ш-ш пролетела мимо колдуна, в конце взорвавшись, выплеснула всё содержимое на него. На стоящего посыпались бесконечные вырезки из газет, фотографии убитых магов и заговоры на убийства.

 

От неожиданности колдун опустился на пол, словно снегом, усыпанный документами, подтверждающими причастность Онрадеса к серии жестоких убийств магов Совета двенадцати.

 

Колдун пошевелил кучку рукой, вылавливая куски документов. Поймав газетный листок, развернул его. «Кто убил мага?». «Мы получили эксклюзивный материал…».

 

– А он был та ещё штучка! – Вазион схватил другой документ, потом третий, быстро пробегая глазами. – Жаль не удалось познакомиться с ним поближе. Я бы заставил его работать на меня, – подбирая последний листок, колдун увидел другой шрифт, да и материал листка был жёстким и слегка колючим. Он развернул документ и прочитал свидетельство о рождении подозреваемого в убийствах.

 

«Настоящим заверяем, что разыскиваемое вами лицо, действительно, родился на Собачьей Звезде 1929 года в семье Шата Мироста и его действительно зовут Онрадес Шата-Мироста».

 

– Сын шамана? Прекрасно помню его. Странно. Никогда не слышал, чтобы у Шато дети были, – колдун, не поверив своим глазам, прочитал письмо ещё раз. – Что это? Разыскивал сам себя? Утопия какая! Как же бесит меня здесь абсолютно всё! Надо было разрушить этот замок. А сейчас, – колдун посмотрел на часы и понял, что может не успеть выбежать из замка незамеченным. – Надо торопиться.

 

Спешно он закидал бесчисленные вещи Онрадеса в вещевой мешок, закинул его на плечо и выбежал из комнаты. В коридоре он споткнулся о другой мешок, приставленный к самой двери.

 

– Ой. Какая сво… установила здесь ловушку? – он потёр ушибленную ногу, замолчав. «Это преступление орать в чужом замке! Хочешь, чтобы все сбежались и поняли, что ты не Хайф? Нет, не хочу». Он осторожно поднялся, подобрал мешки и быстрым шагом, насколько мог быстро перемещаться при ушибленной ноге, заковылял по коридорам в обратную сторону.

©2020-2021 Смертельное задание. Милана Карало